aleksei_44 (aleksei_44) wrote,
aleksei_44
aleksei_44

Categories:

Тупые и недалёкие царские жандармы? Не совсем так...

Оригинал взят у ss69100 в Тупые и недалёкие царские жандармы? Не совсем так...
Помнится, что стойкое отвращение к слову „жандарм” (царский) нам привили ещё в школе. И нередко жандармов (от фр. gens d'armes - люди с оружием) нам представляли, как тупых и необразованных, косных субъектов, которые зверски преследовали смелых иудейских революционеров.

Оказывается, подобный взгляд на жандармов, в частности, и на организацию в начале прошлого века российской разведки и контрразведки, в целом, - слегка искажён. Алексей Николаевич Крылов в своём рассказе „Офицер русской разведки” исправляет эту вполне оправданную оплошность советской школы.




Основным районом деятельности русской контрразведки определялся Петербург и его окрестности. Ведь именно здесь находились главные объекты внимания иностранных разведок, были размещены посольства и военный атташат иностранных государств, а также многочисленные торговые, финансовые и прочие представительства иностранного капитала.

Приќоритетными становились задачи "охранения военной тайны и обнаружения лиц, выдающих ее иностранцам". В отечественной историографии советского периода руководители отечественных спецслужб Российской империи изображались в отрицательном свете. Как правило, это были недалекие, малообразованные люди, не способные эффективно решать поставленные задачи.

Однако подробное знакомство с биографиями этих людей позволяет серьезно усомниться в правильности такого утверждения. Первым руководителем Разведочного отделения стал ротмистр Отдельного корпуса жандармов, начальник Тифлисского охранного отделения Владимир Николаевич Лавров. Он был одним из первых кураторов юного Иосифа Джугашвили. Его хорошо знали в Военно-учетном комитете, поскольку его подразделение тесно взаќимодействовало с офицерами-разведчиками штаба Кавказского военного округа и активно вело борьбу со шпионажем.










  Он родился в 1860 г. в небогатой дворянской семье в Петербурге. В его личном деле значилась сухая канцелярская запись: "Не имеет недвижимого имущества, родового или благоприобретенного, ни он, ни его жена". В 1888 г. он поступил во 2-е Константиновское военное училище, которое закончил в августе 1890 г. и был направлен для дальнейшего прохождения службы во 2-й конный полк Забайќкальского казачьего войска. В 1894 г. он сдает предварительные экзамены в Петербургскую военно-юридическую академию, однако в связи с отсутствием вакансий возвращается в полк и принимает реќшение перейти на службу в Отдельный корпус жандармов. Для этого необходимо было закончить специальные курсы.


  Однако поступить на курсы жандармских офицеров было непросто. Для перевода в Отдельный корпус жандармов требовалось выполнение следующих условий: быть потомственным дворянином, окончить военное или юнкерское училище по первому разряду, иметь трезвое поведение, не быть католиком и даже женатым на католичке, не иметь долгов и пробыть в строю не менее 6 лет.

Тот, кто удовлетворял этим требованиям, допускался к предварительным испытаниям (устным и письменным) в штабе корпуса для занесения в кандидатский список, а затем должен был прослушать четырехмесячные курсы и выдержать выпускной экзамен. Только после этого экзамена офицер высочайшим приказом переводился в Отдельный корпус жандармов.

  Вместе с Лавровым на испытания прибыли 40 офицеров различных родов войск. Не без внутреннего трепета входили они в дом у Цепного моста, напротив церкви Святого Пантелеймона. Все казалось там таинственным и странным. Строгими экзаменаторами были адъютанты штаба корпуса при участии представителя Департамента полиции. Председателем приемной комиссии был сам начальник штаба Отдельного корпуса жандармов. Наибольшей проверке подвергались политическая благонадежность и денежное состояние.

На устном экзамене кандидатам задавали всевозможные вопросы о последних реформах, об общественных организациях, их функциях и взаимоотношениях, о государственном устройстве Российской империи. Современники рассказывали, что задавали и такие вопросы:

  "Вы курите?

- Курю.

  - Сколько спичек помещается в коробке?"

  Или такие: "В винт играете?

  - Играю.

  - Что нарисовано на тузе бубен?"


  Если офицер затруднялся ответить на такие вопросы, ему говорили: "У вас нет наблюдательности". И экзамен был провален. После устного экзамена кандидату предлагали написать сочинение, как правило, на историческую или юридическую тему, звучавшую примерно так: "Значение судебной реформы императора Александра II". Так или иначе, но современники отмечали, что основными мотивами перевода были большее денежное содержание и большая самостоятельность.

В конечном итоге на курсы В. Н. Лавров поступил - и новый век встретил уже в должности помощника начальника Тифлисского губернского жандармского управления (ГЖУ). К лету 1902 г. он уже зарекомендовал себя как опытный оперативный работник, и на его мундире ротмистра красовались два ордена - российский Св. Станислава и персидский Льва и Солнца, в отношении которого действовала следующая резолюция вышестоящего начальства: "Высочайшеразрешено принять и носить".

  4 июня 1903 г. приказом Љ 63 по Отдельному корпусу жандармов Лавров был переведен в Петербург в распоряжение начальника Главного штаба русской армии. Одновременно с ним из Тифлисского охранного отделения в Петербург переводились два опытных наружных наблюдательных агента: запасные сверхсрочные унтер-офицеры Александр Зацаринский и Анисим Исаенко, а позднее старший наблюдательный агент губернский секретарь Перешивкин.

Они прибыли в Петербург во второй половине июня и в конце того же месяца приступили к исполнению своих обязанностей по создании наружной агентуры Разведочного отделения. С самого начала они столкнулись с серьезными трудностями, главная из которых заключалась в строгой конспирации как самой организации, так и характера ее работы.

Первый набор сотрудников отделения был сделан из числа преданных и рекомендованных охранными отделениями людей. Из семи рекомендованных трое оказались несоответствующими и были уволены. Однако вскоре выяснилось, что для выявления шпионов и предателей организации одного наружного наблюдения явно недостаточно. В помощь наружному наблюдению была необходима внутренняя агентура, в обязанности которой входили работа в квартирах подозреваемых лиц, правительственных учреждениях, а также контроль за перепиской подозреваемых лиц.

  К началу XX в. в России сложилась система спецслужб, обеспечивающих внутреннюю государственную безопасность российской империи. Становым хребтом этой системы было Министерство внутренних дел, важнейшей функцией которого была борьба с революционным движением и либеральной оппозицией. Специально этим занимался Департамент полиции, являвшийся "наследником" Ш отделения Собственной Его Императорского Величества канцелярии.

Пятьдесят девять штатских чиновников Особого отдела департамента осуществляли общее руководство политическим розыском. Непосредственными исполнителями их указаний были около 16 тыс. офицеров и нижних чинов Отдельного корпуса жандармов. Министр внутренних дел был шефом корпуса.

Корпус жандармов делился на три части. Первая состояла из имевшихся в каждой губернии жандармских управлений, которые следили за политическим порядком на территории своих губерний, вели дознания и расследования.

  Вторая часть корпуса была сведена в жандармские управления и несла службу в полосе железных дорог, выполняя функции управления военного ведомства, задачами военной разведки стало заниматься 7-е отделение (по военной статистике иностранных государств) 1-го отдела (Военно-статистического) Управления Второго генерал-квартирмейстера Главного штаба.

  Главным компонентом зарубежной военной разведки были военные и морские агенты. Они официально представлялись как офицеры русской армии и флота органам внешних сношений иностќранных государств. По состоянию на 1899 г. российские военные агенты были аккредитованы в 18 столицах мира, а морские агенты находились во Франции, Великобритании, Германии, Нидерланќдах, Дании, Швеции, Норвегии, Турции, Японии и США.

Как правило, вся информация, в которой были заинтересованы военные и морские агенты, являлась секретной; получить ее можно было только тайными путями - через третьих лиц. Они назывались негласными (тайными) агентами. Разведка, осуществляемая с помощью таких агентов, стала называться негласной (тайной).

Основным документом, регламентирующим деятельность военных агентов, являлась "Инструкция военным агентам (или лицам их заменяющим)". Она была специально разработана на основе многолетнего опыта деятельности агентурной разведки русской армии и утверждена военным министром 16 декабря 1880 г. Напомним, что первая соответствующая инструкция появилась 10 июня 1856 г. и была утверждена самим императором Александром Вторым.

  В конце XIX в. начал складываться новый постоянный институт негласных военных агентов. Это были офицеры, решавшие разведывательные задачи с позиций должностей прикрытия при росќсийских представительствах в Азии и на Востоке.

По согласованию с Министерством иностранных дел в начале XX в. негласные военные агенты появились в Европе. Серьезным препятствием на пути становления этой разведывательной структуры стали неслыханные бюрократические барьеры в виде бесконечных согласований, утверждений, докладов и прочих формальностей, сопровождаемые траќдиционной российской канцелярской волокитой. Такая переписка о назначении негласного агента длилась месяцами, а иногда годами. Она была испещрена пометками "Совершенно секретно", "Доќверительно".

В конечном итоге, запечатанная сургучными печатями с соответствующими надписями, она отправлялась обычной почтой. В XIX в. обострение тайной борьбы между государствами происходило в преддверии политических кризисов и начала военных действий. Как правило, с их окончанием наблюдался некоторый спад разведывательно-подрывной активности сторон.

Однако на заре нового столетия, в условиях обострения соперничества великих держав за рынки сбыта и сферы влияния, потребность в разведывательной информации стала постоянный и все возрастающей. Изменился характер войн. Они становились глобальными, более маневренными, зависящими от военно-экономического состояния страны.

Особую ценность приобрела информация о слабых и сильных сторонах вероятного противника, его мобилизационных возможностях и планах, научно-технических разработках, тактике и стратегии военных действий. Эти сведения составляли государственную тайну и хранились в сейфах военных штабов и кабинетах правительственных учреждений. Добыть их можно было только агентурным путем.


  Именно тогда разведка начала постепенно превращаться в самостоятельный вид государственной деятельности. Одновременно с этим совершенствовался аппарат защиты. Контрразведка как государственный институт требовала разработки и принятия обќщегосударственных мер, а также профессионально подготовленных кадров. Огромные средства начали уходить на добывание и защиту государственных секретов и тайн, проведение тайных опеќраций влияния и подрыва.

Разведка и контрразведка постепенно приобретали тотальный характер, а политические лидеры и властные элиты, не осознавшие этих реалий и не уделявшие сфере тайного противоборства должного внимания, оказывались на обочине исторического процесса. В начале XX в. Россия превратилась в объект пристального и постоянного внимания.

В Санкт-Петербурге сосредоточилась едва ли не вся лучшая агентура великих держав. Разведку против России вели Великобритания, Австро-Венгрия, Германия, Италия, Франция, Швейцария, Румыния, Япония.

Наиболее опытными и сильными из них были спецслужбы Великобритании, Австро-Венгрии и Германии. Британские спецслужбы были самыми старыми и опытными.

Более трех столетий они являлись составной частью государственного аппарата Британской империи и неизменно обеспечивали ее внешнеполитические интересы. Продвижение России к границам Индии и Афганистана, присоединение к Российской империи среднеазиатских государственных и полугосударственных образований вызвало серьезную озабоченность британских разведывательных служб.

Уже с середины XIX в. их антироссийская направленность не вызывала сомнений и не являлась секретом для российского внешнеполитического ведомства. В начале XX в. английским разведывательным службам удалось создать достаточно эффективную разведывательную сеть в Петербурге, Москве, Эст-ляндии и Финляндии. Особенно активно она действовала в столице Российской империи, а также в местах дислокации Балтийского флота, составлявшего основу военно-морской мощи России.

  Германские и австрийские спецслужбы были также традиционно наиболее сильными в Европе. В XIX в. Германия фактически произвела революцию в развитии спецслужб на европейском континенте. Эта революция связана с именем уроженца Пруссии Вильгельма Штибера. Его называли "шефом ищеек" и "королем шпионов". Недоучившийся лютеранский священник, он блестяще реализовал свои недюжинные способности на поприще тайной войны. Во многом благодаря собранной им информации Пруссия легко разгромила Австрию в 1866 г. Позже он создал весьма эффективную шпионскую агенќтурную сеть во Франции, где провел полтора года.

От имени прусского правительства он организовал Центральное разведывательное бюро и собственное информационное агентство. Штибер имел своих агентов повсюду, в том числе на железных дорогах и в гостиницах. Он скупил несколько влиятельных европейских газет в соседних странах и вел через них активную прогерманскую пропаганду. Штибер неизменно пользовался доверием и поддержкой канцлера объединенной Германии Отто фон Бисмарка.

Исторический опыт свидетельствовал, что оккупации французских городов, вооруженной агрессии предшествовало "мирное завоевание" территорий противника, или военно-промышленный шпионаж. Его опыт лег в основу деятельности спецслужб Германии и Австро-Венгрии, работающих против России.

  Они активно действовали в Петербурге, а также в Варшаве, Галиции и других пограничных областях России. Организацией шпионажа занимались генеральные штабы, военные и морские министерства, министерства иностранных дел и десятки других учреждений.












Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments